1976

родилась в Абае, Карагандинская обл., Казахстан

1989-1992

практика в мастерской художника К. Отапка.

1993

переезд в Германию

2003-2007

факультет исскуства и философии Вуррертальского университета, графика и художественное исскуство у профессора Jürgen Störr.

с 2001 года

персональные и совмесные выставки, также в художественном обществе Junge Kunst e. V., Bad Honnef.

Телевизионные съёмки в мастерской и с выставок Лилии Хилл (на немецком)

Использование предоставленного материала в любых целях только с разрешения тел.компаний.

Видеоматериал с выставки в Kunstverein Eisenturm Mainz e.V от 22.11.2008. Для просмотра нажать здесь. Размер 29 MB

Видеоматериал о Л. Хилл- Для просмотра нажать здесь.Размер 33,8 MB

Елена Невердовская

Неэвклидова женщина

(также смотрите главу "Не Юдифь" из книги Е. Невердовской "Темная материя")

В  начале октября Lilli Hill стала главным победителем конкурса ART AWARD 08, проводимого международной художественной ярмаркой ART.FAIR 21 в Кельне. Обладателем звания и грамоты она была ровно неделю: «Заявку на конкурс подать было просто, on-line: заполнить анкету, поставить птичку, принимая условия (по привычке, не читая), и загрузить «Шпагат». Клик, и ты участник, наряду с тысячами других. Прошла на финал. Стала первой. После этого звонят мне организаторы и объясняют ситуацию: 5 вполне известных людей написали протест против присуждения мне премии, потому как я дважды нарушила условия конкурса, доказательства прилагались. Во-первых, работа не должна была нигде выставляться, во-вторых, она не должна быть продана. Но так как такого аншлага до этого случая не было – «Шпагат» получил 90% голосов в сети, 50% на ярмарке, - организаторы приняли решения забрать приз втихую. Я поднялась на сцену, получила грамоту и признание. Теперь мне этот листок надо отослать обратно, информацию с сайта они уже убрали. Моя галеристка сказала: «Сама виновата. Рисовать умеешь, еще бы читать научилась, цены бы не было!».

Нужно иметь определенную смелость, чтобы так инсценировать себя, свое нагое тело. Нужно преступить через… Что? Обычно не говорят. «Я переступил через себя», отвечают. И точка.
Лиля Хилл так не ответила. Просто переступила. Рассказывает, что когда она изучала живопись, историю и философию в университете в Вуппертале, то кругом были одни мужчины. Профессора-мужчины читали лекции, доценты-мужчины вели семинары. И на студенческих скамьях сидели мужчины-студенты. И темы мужские, и подход. И редкая птица – дама преподавательница, красавица и умница и совсем не феминистка (в том смысле, что не синий чулок – бегала на высоченных каблуках быстрее, чем студенты в кроссовках) – в конце каждой лекции держала спич перед немногочисленными студентками: будьте женщинами, не поддавайтесь на мужской дискурс, будьте собой. «Техника  уже у меня была. Но работы! Когда я пришла к преподавателю живописи с ворохом китчевых картинок в духе сюрреалистов, то он просто запретил мне в следующий раз являться к нему с этим добром. Три недели я ходила к нему пустая, а он твердил: «не знаешь, что рисовать, начни с себя». Вот так я и начала. С себя – буквально».
Техника. Ее Лиля Хилл изучала в мастерской единственного художника в шахтерском городе под Карагандой. Он был приписан к фабрике, но оформлял все в городе. И когда уволился учитель рисования в школе, то Константину пришлось и детей учить. Но не долго – директор учуял запах алкоголя и уволил из школы. Лиля набралась смелости, переступила через и пришла к  Константину в мастерскую. Он учил ее без какой-либо методики: помогал, исправлял, объяснял. Учил смешивать пигменты, грунтовать, научил технике лессировка.
Рука поставлена, начало положено. Дело за немногим: идеи, сюжеты, развитие. «Идей множество. Придумать быстрее, чем нарисовать. Я в обиде на Шарлотт Рош, можно даже сказать, я зла на нее, - она меня опередила. Она не только затронула мою тему, но она развила ее. И теперь, когда я буду двигаться в этом направлении, то все скажут, - ага, прочитала… Отразить идеи в слове занимает гораздо меньше времени, чем воплотить их в образе». Лиля показывает фотографии своих «рвотных» работ, очевидно, имея ввиду один из эпизодов из книги «Влажные зоны» Рош. Речь не идет об «уничтожении последних табу», плоти и плотских желаниях. Это – поверхность. Провокация – это, так сказать, побочный продукт поисков и обретения положения «устойчивого равновесия»  в современном мире. Поисков и обретения себя.
«Сейчас я хочу нарисовать одного мужика. Я увидела его фотографию у знакомого художника. Это бомж, наркоман. Это мужское тело, сильно потрепанное жизнью. Бледная кожа рыжего человека, исколотая до последней невозможной стадии. Вены на руках и ногах уже закончились, ему колят в живот. Но как бы он не был «изношен» и «избит», его член и его яйца, все равно останутся его «мужским достоинством». Я даже знаю, как его нарисую: голым в фас, сидя, руки, поддерживающие голову опираются на колени, между расставленными ногами висят гениталии, темно-розовые до лилового, с серым отливом». © Copyright Е. Невердовская 2008

Флорио Фаустино

Источник живой фантазии

Представленную картину невозможно понять вне контекста того, что сейчас в мире происходит с искусством.
Как и все на свете, живопись находилась в процессе развитии, результатом которого явилось ее опускание с небес на землю. На протяжении веков живопись постепенно приближалась и приближалась к точному изображению реальности и, наконец,  стала настолько реалистически совершенной, что больше уже ничего не могла поделать с этой точно изображаемой формой. Оставалось только ее разбить. Дальнейшее развитие модернизма в живописи 20-го века можно сравнить с пике самолета,  который так сильно нырнул вниз, что нижняя точка его траектории оказалась ниже уровня моря.

- Как же он не разбился, этот самолет? – спросите вы. – И как выйти современной живописи из этого глубокого пике?
Видите ли, «самолет» тот окончательно РАЗБИЛСЯ, и собрать его невозможно. Вы знаете, что в развитии модернизма было много направлений – кубизм, сюрреализм, абстракционизм, конструктивизм, супрематизм, энергетизм и т.д. – которые можно однозначно характеризовать, как различные, порой очень талантливые, способы уничтожения классической реалистической формы. Как сказал кто-то из современников, «ЖИВОПИСЬ УМЕРЛА», хотя непонятно, как могло умереть то,  в словосочетании чего лежит корень «живой».

То, что мы видим сегодня в современных галереях, это, как правило, хаотические осколки разбитого реализма. Здесь вы не встретите больше никаких пейзажей с мирно отдыхающими животными, никаких младенцев с мадоннами, не увидите больше библейских и исторических сцен, не узнаете ни одного неискаженного человеческого тела. Все это безвозвратно ушло в далекое прошлое. В лучшем случае – черная проволока и двигающиеся на шарнирах скелеты. Движение вниз остановить невозможно, и это дробление и опускание в материалистический минус некогда духовного искусства будет продолжаться и дальше, устремляясь в механистическую пропасть по присущей ему инерции.

Однако в начале 21-го века происходит нечто удивительное.
Как если бы нисходящая траектория падения имела еще и восходящую ветвь.
Если нашему сознанию не чуждо развитие классической живописи вплоть до модернизма и если мы, не отвергая современного абстракционизма, проходим с этим сознанием через нижнюю точку модернизма, то мы не можем не заметить в современном искусстве наряду с нисходящим течением еще и восходящий поток, своего рода начинающееся воскресение живописи из праха материи. Правда на фоне общего упадка, оно не очень бросается в глаза.

Вот посмотрите, что пишет об абстракционизме Нетта Юдкевич:

«Абстракционизм усилил общую тенденцию разрушения старых устоев, что неизбежно привело к новым элементам самовыражения – шокированию публики чем-то  непристойным, неприемлемым, попирающим общественные нормы, от унитазов до их содержимого. Но, несмотря на то, что модернизм  во многом свел  классическое искусство до абсурда, он  необычайно обогатил творческий язык живописи и скульптуры новыми методами: стилизацией, абстрагированием и другими. Он изменил функциональную направленность  живописи и скульптуры из иллюстративной в экспрессивную».

Если вы взглянете на представленную картину, то первое, что вы испытаете, это шок. Шокировать публику в современной живописи стало чем-то привычным. Если вы ничем не шокируете и вместо противоестественно толстой и вызывающе обнаженной тетки изобразите здесь красавицу Венеру или сказочную русалку, вылезающую из морских вод, то мы не поверим, что вы современный художник. Вы будете выглядеть как старый догматик, который проспал весь двадцатый век. И, несмотря на все ваше мастерство, критики вас обойдут молчанием. Даже если вы порвали с модернизмом, извольте шокировать.

Итак, на картине мы видим первую ласточку восходящего течения, которая возникает как ГИПЕРРЕАЛИЗМ, как противодействие модернизму в искусстве. Это своего рода манифестация, вызов, не уступающий по своей экспрессии самому модернизму и наследующий от него все сильные стороны – попирать нормы, шокировать публику, доводить до абсурда. С другой стороны, здесь изображается уже не раздробленная материя, не содержимое унитаза, а самое что ни на есть высшее - живая человеческая форма. И если присмотреться, то оказывается, что в ней нет никакого негатива, никакой иррациональности, никакого отрицания жизни. Это сплошное утверждение, цельность, устремленность и единство внутреннего и внешнего. Никакого разрушения!

Я ни в коем случае не хочу сказать, что восходящее течение в живописи должно развиваться только указанным образом - через гиперреализм человеческого тела. Нет, способов может быть великое множество. Совсем не обязательно также, чтобы каждый художник проходил в своем творчестве через все три стадии: реализма, модернизма и постмодернизма. Однако в каждом художественном произведении теперь надо искать - пережил ли художник в своей душе развитие модернизма и смерть живописи, или он прошел мимо. Ибо без смерти это только кажущееся возрождение, и кажущееся воскресение. Глядя на картину, следует отличать: относится ли она к старому реализму или к возрождающему. Стало быть, надо отличать РЕАЛИЗМ ЧУВСТВЕННЫЙ от РЕАЛИЗМА ДУХОВНОГО.

Как же их отличить?
Та же Нетта Юдкевич приводит в своей статье такое предание:

«У Сальвадора Дали однажды спросили: Как отличить настоящего художника от шарлатана?
Дали, ответил: – Поставьте перед ним лошадь. Тот, кто сумеет ее зарисовать, тот  настоящий художник».

В нашем же случае вопрос ставится так:  Как отличить реалиста духовного от реалиста чувственного (т.е. от шарлатана)?
Ответ: - Дайте ему задание - нарисовать то, чего нет. Если он сумеет нарисовать то, что не видел глазами, значит, он настоящий художник.
 
Старый чувственный реализм носит иллюстративный характер. В каждой картине есть только то, что на ней есть. Если это пейзаж, то его содержание это небо, горы, ручьи и поля; если портрет, то - морщины лица, взгляд и т.д. А реализм духовный носит концептуальный характер, каждая картина это манифестация иной реальности. Искусство художника на данной картине заключается не в том, чтобы мастерски изобразить жировые складки и интимные места на теле прыгающей в шпагате женщины. Совсем не в том! Изображаемая реальность тут есть лишь средство передачи через баланс, симметрию, пропорции изображаемого объекта чего-то другого, более настоящего. Это своего рода язык для передачи духовной реальности. Изображенная в прыжке женщина это некий духовный манифест.

О чем же хочет поведать сей манифест? Какая реальность открывается нам на картине?

В свете сказанного выше о модернизме здесь все очень просто.
Давайте спросим себя: что открыла для себя живопись, проделав в 20-м столетии этот длинный модернистский путь? Зачем нужно было искажать, разрушать, уничтожать прекрасные старые формы классического искусства? Ради чего происходило это негативное развитие? Что приобрели в результате художники?

Ответ очень простой – они искали источник фантазии. Разрушение старых реалистических форм было необходимо, чтобы открыть в себе силы фантазии.

Фантазия бывает трех видов:

1. ФАНТАЗИЯ УМА, когда ум рассудочно конструирует новые идеи, отталкиваясь от старых. Например, сюрреализм Дали и многое, многое другое;
2. ФАНТАЗИЯ СЕРДЦА, нашедшая место и у импрессионистов, и во всех экспериментах с цветом в абстракционизме. Вы, конечно, видели на картинах современных художников эту выдавленную на холст прямо от души краску.
3. ФАНТАЗИЯ ВОЛИ, когда художник изобретает новую действительность в процессе собственного действия.

Три силы фантазии – фантазия ума, фантазия сердца и фантазия воли – это не просто некие способности души, но это реальные, персонифицированные силы духовного мира. О них говорится в сказках, как о трех феях. Эти три сущности являются главными проводниками и помощниками человека, когда он своим сознанием выходит в духовный мир. Для современного художника стало вполне реальным делом соприкасаться в своем творчестве с этими тремя духовными силами фантазии.

На представленной выше картине изображена, собственно, третья из фей – ФАНТАЗИЯ ВОЛИ. Эта фея производит серию манифестаций перед внутренним взором художницы, которая решила отобразить это откровение на холсте.
О том, что здесь мы имеем  дело именно с существом воли, говорит следующее:

1. полная обнаженность объекта, отражающая непосредственность воли;
2. колоссальная энергия, усиленная тем обстоятельством, что с легкостью приводится в движение очень массивное тело;
3. на всех подобных картинах объект обязательно держит в руке какой-нибудь предмет. Это и есть воля, которая посредством человеческой руки приводит в движение предмет.

Когда человек в своем творчестве знакомится с существом воли,онпроникаеткисточникуживойфантазии.

© Copyright: Флорио Фаустино, 2008

Тексты немецких авторов (на немецком)